Развитие регулирования цифровых активов в России выходит на новый этап: вслед за обсуждаемым законопроектом об обращении цифровой валюты и введении института криптопосредников и ранее реализованной разрешительной моделью майнинга предлагается закрепить ответственность за нарушение установленных правил.
В частности, изменения в КоАП предусматривают административную ответственность для организаций, осуществляющих обмен цифровой валюты с нарушением установленных ограничений, в том числе в отношении неквалифицированных инвесторов. За такие нарушения предлагается установить штрафы для юридических лиц до 1 млн рублей. В этой связи ответственность выглядит соразмерной общей конструкции регулирования и выполняет прежде всего превентивную функцию, стимулируя участников соблюдать установленный режим доступа к рынку.
Законопроект о цифровой валюте и цифровых правах формирует институциональную архитектуру обращения цифровых активов, в рамках которой ключевую роль играют регулируемые посредники — биржи, брокеры, обменники и цифровые депозитарии. Осуществление операций с цифровой валютой, включая обмен, допускается только через ограниченный круг субъектов, соответствующих установленным требованиям и включенных в соответствующие реестры. Таким образом, регулирование строится вокруг контроля инфраструктурных точек входа на рынок, а не всех операций с цифровой валютой как таковых.
В этой логике административная ответственность выступает инструментом обеспечения дисциплины участников инфраструктуры. Обменники, действующие в правовом поле, будут обязаны учитывать статус клиентов и параметры совершаемых операций, включая ограничения для неквалифицированных инвесторов. При этом контроль за соблюдением таких требований во многом зависит от того, осуществляется ли операция в рамках регулируемой инфраструктуры. При выводе активов на внешние адреса, в том числе холодные кошельки, возможности последующего контроля существенно ограничиваются: фиксируется сам факт операции на входе или выходе из регулируемого контура, но не дальнейшее движение активов. Таким образом, регулирование ориентировано на контроль посредников, а не на полный контроль всех транзакций в блокчейне.
Параллельно предлагаемые изменения в Уголовный кодекс предусматривают ответственность за незаконный майнинг цифровой валюты и деятельность оператора майнинговой инфраструктуры вне установленного правового режима при наличии квалифицирующих признаков. В частности, уголовная ответственность наступает в случаях причинения крупного ущерба (свыше 3,5 млн рублей) или извлечения дохода в крупном размере, а также особо крупного ущерба или дохода (свыше 13 млн рублей) в квалифицированных составах. Это отражает переход от декларативного регулирования к модели принудительного соблюдения правил, где ответственность наступает не за сам факт осуществления деятельности, а за нарушение установленного правового режима при наличии экономически значимых последствий.
Дополнительно следует учитывать, что данные изменения рассматриваются в более широком контексте формирования комплексного регулирования. С 2024 года в России уже действует разрешительная модель майнинга, предусматривающая возможность осуществления деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями при условии включения в соответствующий реестр. Новый законопроект о цифровой валюте и цифровых правах развивает данный подход, систематизируя действующие нормы и устанавливая правила оборота цифровой валюты, полученной в результате майнинга. Таким образом, формируется целостная регуляторная модель, охватывающая как допуск к деятельности, так и последующее обращение намайненных активов.
Предлагаемые изменения в целом направлены на повышение уровня комплаенса на рынке. Угроза ответственности стимулирует участников к легализации деятельности, раскрытию информации и соблюдению установленных требований, что может способствовать росту налоговой прозрачности и усилению контроля за потреблением энергетических ресурсов. При этом, согласно данным ФНС России, майнингом в Российской Федерации потенциально могут заниматься около 50 тыс. субъектов, тогда как в соответствующие реестры включены лишь 1489. В то же время сама по себе такая разница не свидетельствует о распространенности случаев причинения крупного или особо крупного ущерба, что позволяет рассматривать предлагаемые меры прежде всего как инструмент упорядочивания рынка и снижения доли неформального сегмента.
Практическая реализация контроля за соблюдением новых норм может быть сопряжена с рядом сложностей. В части майнинга выявление нарушений во многом связано с анализом энергопотребления, однако сам по себе высокий уровень потребления электроэнергии не является достаточным доказательством и требует проведения дополнительных проверок и технической экспертизы. Это предполагает координацию между налоговыми органами, энергокомпаниями и правоохранительными структурами, а также наличие соответствующих ресурсов.
Кроме того, нельзя исключать влияние ужесточения регулирования на географию размещения майнинговых мощностей. Учитывая чувствительность отрасли к регуляторным и экономическим условиям, часть участников может рассматривать возможность переноса деятельности в юрисдикции с более мягким режимом. Вместе с тем введение ответственности вряд ли приведет к массовому оттоку, поскольку для значительной части игроков сохраняется экономическая и инфраструктурная привязка к российскому рынку. В частности, при заинтересованности в работе с российской инфраструктурой обращения цифровой валюты, формирование которой предусмотрено новым регулированием, доступ к соответствующим сервисам будет предполагать осуществление майнинга в легальном правовом поле.
Ожидается, что по мере запуска полноценной инфраструктуры регулирование будет последовательно развиваться. В частности, можно предположить дальнейшее закрепление ответственности за осуществление операций вне установленного контура, а также постепенное расширение требований к участникам рынка. Вероятна поэтапная эволюция ответственности — от административной к уголовной при наличии значительного ущерба или системных нарушений.
Таким образом, предлагаемые поправки в КоАП и УК следует рассматривать не изолированно, а как элемент более широкой трансформации регулирования цифровых активов в России, направленной на институционализацию рынка и концентрацию операций в контролируемой среде.